В гостях. В ЦУМе

 Прошлые выходные в парфюмерном плане выдались насыщенными, но иногда я следую правилу, согласно которому надо дать эмоциям улечься, а впечатлениям утрамбоваться. Прошло семь дней (бегущие титры).

Шутки шутками, но в прошлую субботу я был в гостях у друга, уважаемого парфлюбителя с большим-большим собранием. Замечательным собранием, причём.
Чтобы не потерять смысл встречи и концентрацию, мы с другом решили сделать её, встречу эту, тематической - уд и настоящая арабская парфюмерия.

Фото: в гостях

Собрание удов у моего друга - просто замечательное! Аттары Amouage, редкие Abdul Samad Al Qurashi, Ajmal, в общем, много всего. Уважаю уд. Но в памяти остался великолепный аттар Amouage - Al Andalus. И вот ведь забавно: это была не первая моя встреча с Al Andalus, и когда-то мне даже предлагали купить его, и за сходную цену, но того приятного потрясения, что всегда сопутствует покупке, Al Andalus не вызывал. А теперь - какое-то прозрение, радостное изумление, чистый детский восторг. Пошёл за блоттером. Кстати, спасибо хозяевам - все блоттеры заботливо уложили в зип-пакеты.
Вот нюхаю блоттер с Al Andalus, и все заготовленные слова улетели прочь. 
Обычно мы, европоцентристы, любим говорить, какое влияние западная парфюмерия оказала на современную парфюмерию стран Залива. А в случае с Al Andalus безвестный аттарчи фабрики Amouage в Омане, чьё имя (надеюсь, пока) скрыто в архивах Sabco Group, продемонстрировал мастер-класс. Шипр чистой воды. С изумрудной зеленью, с сияющими цитрусами, с манким мускатным шалфеем. А какое замечательное цветочное сердце с флёрдоранжем, розой и ландышем! Восторг! Восторг! Восторг!

И ещё мне дали попробовать настоящий, первородный, правильный Bandit Piguet в духах. Красота в чистом виде. И никаких стереотипных углов, колючести, неприступности, дымности и того подобного. Замечательнейшая русская кожа с жасмином.

Друзья, спасибо - было классно!

Фото: в ЦУМе

В ЦУМ приехал в любимое время - к открытию. Почти никого, а все консультанты на месте и в хорошем расположении духа. Целей-задач было три: L'Entropiste Бертрана Дюшофура, Contre-Jour Frederic Malle и Aphorismes Доминика Ропьона. Кстати, Афоризмы были замечены мною аж в трёх залах ЦУМа! Но я до них так и не дошёл. Смешно, но факт. Прилип к Энтропистам, L'Entropiste.

Надо ли говорить, насколько велик Бертран Дюшофур? Надо ли говорить, что каждый его релиз ждут? Надо ли говорить, что каждый его парфюм рассматривают чуть ли не под микроскопом? Надо ли говорить, что есть много людей, готовых кричать "Акела промахнулся!"? Великий мастер, который может всё, но при этом многие говорят о каком-то особом почерке Дюшофура.

Утрамбованные впечатления и утрамбованный внутренний голос говорят мне, что все Энтрописты хороши. Нет прорывного? Но помилуйте, пять человек хотят прорывного, чтобы купить, а пятьсот тысяч хотят красивого и понятного, чтобы купить. Чай, не при коммунизме живём. И при всём этом Энтрописты - просто красивые духи. В конечном итоге, духи никому ничего не должны, они должны быть просто красивыми.

Но больше всех мне понравились духи Semence Douce. 

Красивые и тревожные. Или красивые, но тревожные. Построенные на контрасте чего-то молочного и сладкого с ярким и глубоким зелёным.

Дюшофур, наверное, не любит, когда люди заглядывают в пирамиду, и назидательно выписал такое: зелёный сок, миндальное молочко, тюльпан и шафран. Ага, и волнение перед защитой диплома.

PS. Посмотрел цены на L'Entropiste у господина Барковского - вполне по плечу.

Contre-Jour Frederic Malle: понюхал, поносил на себе, не понял, чего там копья ломали на одном известном ресурсе. Привычно для марки Маля - необычно, ярко, против течения. Симпатичная роза на бессмертнике - тугая, тёмная, величественная. Интересно как бессмертник придал розе кофейный акцент.